Одно из главных богатств Казахстана — лекарственные растения

Одно из главных богатств Казахстана — лекарственные растения

Одно из главных богатств Казахстана - лекарственные растенияОдно из главных богатств Казахстана — лекарственные растения.

В 1929 году английский микробиолог Александр Флёминг, будущий лауреат Нобелевской премии, открывший ранее лизоцим, установил, что один из видов плесневого гриба выделяет антибактериальное вещество, о чем он дал информацию в научном журнале.

А что было бы, если бы ученый, 12 лет затративший на изучение эффекта плесени в лаборатории, не имел денег? Скорее всего, это вещество открыли бы позднее, но вот вопрос: когда? Впрочем, судьба благоволила к англичанину, и он получил искомое вещество — пенициллин. Сегодня многие казахстанские микробиологи продолжают работать в фундаментальной и прикладной науке, поставив перед собой цель открывать новые вещества, способные уберечь людей от смертельных болезней. Недавно корреспондент «ЛИТЕР-Недели» встретился с именитым ученым, которая более 55 лет проработала в Институте молекулярной биологии и биохимии им. М. А. Айтхожина, профессором, д.б.н. Раузой Кунаевой. И она согласилась на актуальное интервью, ответив на вопросы, как на практике внедряются биологические активные вещества (БАВ.

ЛИТЕР-Неделя: Рауза Минлиахмедовна, в последние годы часто говорят о биологических активных веществах (БАВ), что это такое.

Р.К.: В Казахстане все большее распространение среди населения получают биологические активные вещества, которые ученые создают в лабораториях из целебных растений. Сегодня, как никогда остро, перед исследователями отечественной флоры стоит актуальнейшая задача получать препараты для нужд медицины из дикорастущих растений. Природные соединения и препараты из них обладают рядом неоспоримых преимуществ перед синтетическими лекарственными препаратами, так как они имеют намного меньшую токсичность и более высокую эффективность при терапии тяжелых заболеваний, обладают более широким спектром биологического действия на человеческие органы.

ЛИТЕР-Неделя: Кто из ученых стоял у истоков изучения лекарственных растений в нашей республике.

Р.К.: Это такие крупные ученые, как академик АН КазССР Михаил Горяев, члены-корреспонденты АН КазССР Лукпан Клышев и Мадениет Кукенов, д.х.н. профессор Таир Чумбалов и другие. Ученый Клышев выявил флавоноидоносные растения Казахстана, установил динамику их накопления и видовой состав, ученые Горяев и Чумбалов изучали химический состав перспективного ряда растений в дикорастущей флоре. Кукенов и возглавляемый им коллектив провели большую работу по изучению ареалов распространения лекарственных растений и интродукции в культуру. Профессор, д.м.н. Ордак Кабиев выделил из различных растений соединения и установил их противораковую активность. Эти ученые добились очень больших успехов в работе с природными растениями. Однако, несмотря на достигнутые результаты, перед ними еще недостаточно изученными оставались вопросы, связанные с функциональной ролью природных соединений, которые происходят в клеточном метаболизме.

ЛИТЕР-Неделя: Значит, у них появились последователи, чем они занялись.

Р.К.: Естественно, научными исследованиями лекарственных веществ в лаборатории «Энзимология обмена природных соединений» (ЭОПС) в Институте молекулярной биологии и биохимии им. Мурата Айтхожина. Последователи начали работать над фенольными соединениями в комплексе: изучались строение растений, метаболизм, регуляция обмена, процессы, происходящие в растительной клетке. В частности, большое научно-практическое значение для ученых имели исследования по созданию биоинженерных способов клеточных культур лекарственных растений. А именно таких растительных видов, как полынь и верблюжья колючка. Исследователи установили, что способы биотехнологического выращивания каллусов и клеток из этих растений позволяют получать ценные природные соединения, обладающие выраженными лечебными свойствами. Фундаментальные исследования привели к разработке способов управления процессами синтеза лекарственных веществ, к установке данных высокой биологической активности, выделению фенольных соединений, к перспективной практике и показанию их использования в качестве антимикробных и противораковых препаратов.

ЛИТЕР-Неделя: Какие шаги предпринимает ваш институт, учитывая задачи, поставленные перед его учеными правительством РК.

Р.К.: Все готовые биологические активные вещества, выделенные из растений, ученые могут передать клинике. Для этого следует сделать следующие шаги, заключенные в вопросах создания сырьевой базы для крупномасштабного получения биологических соединений и удовлетворения запросов здравоохранения, в пищевой промышленности, в сельском хозяйстве Казахстана и, возможно, для продажи БАВ в другие республики экономического содружества. Сегодня, учитывая задачи, а также курс государства, взятый на развитие направления нанотехнологий, лаборатория ЭОПС решает возникшую проблему по разработке полифенольного антидиабетического препарата из растений флоры Алматинской области — работает над препаратом для лечения осложнений диабета второго типа. В республике эта болезнь имеет большое распространение среди людей среднего и пожилого возраста. Она поражает кровеносные сосуды ног, почек и глаз, приводит к возникновению гангрены стоп с последующей ампутацией органов и конечностей. Ученые не отвергают синтетические лекарственные препараты, применяемые при осложнении диабета, но относятся к ним с осторожностью, так как они обладают большой токсичностью и действуют на людей индивидуально, а порой непредсказуемо. Зато наши растительные антидиабетические препараты, получаемые из растений, безвредны и несут людям здоровье. Конечно, государство закупает БАВ, изготовленные, в основном, в зарубежных странах, но ведь цены на них очень кусаются! Поэтому, учитывая уникальность исследованных растений в Казахстане, ученые пытаются получить от правительства соответствующий грант, чтобы применять разрабатываемый отечественный препарат для лечения больных людей.

ЛИТЕР-Неделя: Рауза Минлиахмедовна, сколько лет вы работаете в науке и каковы в ней ваши личные достижения.

Р.К.: В сентябре этого года я отмечу в календаре 55-летний стаж моей работы на одном месте. К сожалению, 1986 год для нашей семьи оказался неблагополучным. Нас преследовали проверками и расспросами, кому-то казалось, что мы делаем то, чего не надо. В конце концов ничего крамольного найдено не было, и нас оставили в покое. Лично меня с места работы в институте дважды выдвигали в членкоры Национальной академии наук РК, но эти предложения не поддержали академики. Зато я была спокойна и теперь горжусь тем, что мне никто не стал строить препятствий в научно-исследовательской работе и теперь имею ряд авторских свидетельств и патентов на изобретения способов соединения ферментов и препаратов. Самым большим моим достижением считаю многолетнюю работу по организации лаборатории ЭОПС, где мы вместе с Лукпаном Клышевым изучали динамику и содержание фенольных соединений в дикорастущих растениях Алматинской области. Мы конкретно изучали ферментативное расщепление вовлеченных в общий обмен веществ. При этом изучении мы доказали, что в обмене принимают участие окислительные и гидролитические ферменты. Наша лаборатория на какое-то время стала центром научных исследований ферментов фенольных соединений в СССР. Интерес к нашей работе проявлял даже химический факультет МГУ. Эти работы были фундаментальными, продолжались в течение 20 лет.

ЛИТЕР-Неделя: Государство тратит средства на покупку медикаментов за рубежом. Не пора ли постепенно отходить от такого подхода к бюджетным затратам.

Р.К.: Пора осваивать богатства нашей Родины. Сейчас государство приняло законы о лекарственных соединениях. Есть пример нового подхода к решению проблемы. В Караганде в соответствии с законами открыт новый институт фитохимии, который возглавляет академик Сергазы Адекенов. Ученые на выкупленных землях проводят посадку растения и получают из полыни горькой арглобин. Но там есть трудности. В полыни постоянно, как и в других полевых растениях, колеблется содержание необходимых химических веществ, которые выводятся в пору активности. Если вовремя не собрать сырье в большом количестве и не переработать, все задуманное пойдет комом. Но у карагандинцев все получается хорошо, есть деньги и государственная поддержка.

ЛИТЕР-Неделя: Какая работа проводится учеными вашего института после того, как вышел новый закон о лекарственных препаратах.

Р.К.: Ученые работают по целенаправленной программе, проводят исследования и пытаются создать из растений Казахстана противодиабетический препарат — биологические активные вещества (БАВ), которые не следует путать с биологически активными добавками. Ученые скрупулезно ищут соответствующие растения, вещества, способные противостоять конкретным болезням. Они приглашают даже медиков к совместным поискам, надеются, что через три года найдут искомый препарат, а далее выйдут на его окончательную фундаментальную доработку. Раньше лаборатория не ставила перед собой целей для развития прикладной науки, сегодня грани между ними постепенно стираются.

ЛИТЕР-Неделя: Скажите, Рауза Минлиахмедовна, вы когда-нибудь применяли БАВ для лечения людей в клинике.

Р.К.: Нет, до клинических испытаний еще не дошли. И потом, в нашем институте нет отдела внедрения, мало кто занимается практическими вещами, поэтому никакие новшества не пробивают себе дорогу при отсутствии средств, материальной базы. В программе президента РК Н. А. Назарбаева есть векторные предложения, указывающие, по какому пути развития пойдут нанотехнологии и биотехнологии. Но дело надо укреплять бюджетным финансированием. А мы, при финансовой слабости института, продолжали работать с растениями, которые могут без вредного воздействия участвовать в метаболизме клеток человеческого организма, укреплять его кровеносные сосуды, предупреждать и сдерживать развитие раковой опухоли, хотя и нет возможной гарантии ее полного уничтожения. Чем не панацея? К сожалению, другие химические вещества, разработанные учеными в онкологии, защищая орган человека, одновременно его губят.

ЛИТЕР-Неделя: Сейчас старшее поколение ученых уходит на заслуженный отдых. А есть им замена.

Р.К.: Это большая проблема. Нам нужны не только денежные средства, но и молодость. Есть желание получать гранты для продолжения образования молодежи в НИИ. Это не блажь. Молодежь в институте не держится, при удобном случае перебегает, где зарплата больше. А те, кто приходит на место перебежчиков, иной раз даже не знают, что такое процентный раствор, имеют слабые знания по предмету.

ЛИТЕР-Неделя: Доктор медицинских наук, заслуженный деятель науки Юлия Зарецкая в своей статье «Размышление о науке в эпоху рынка» разделяет науку на две составляющие — фундаментальную и прикладную. И доказывает, что во все времена пальма первенства была в руках прогрессирующей фундаментальной науки, которая запускает в движение прикладную науку. Естественно, научно-исследовательские работы в фундаментальной науке по различным темам занимают не один десяток лет — путь этот затратный. «Развивающаяся наука требует инвестиций! — говорит россиянка. — Финансовые вложения в науку — это вложения в могущество государства, в интеллектуальное развитие наций, а лучшая форма инвестиций — государственное финансовое обеспечение». Ваш комментарий к сказанному.

Р.К.: В определенной степени Зарецкая права. Раньше мы не заботились, как выиграть какой надо грант. У нас была твердая зарплата, командировки, установленное по требованию оборудование. Впрочем, и тогда явно проступали элементы недостаточности снабжения. Я не говорю, что за последние двадцать лет наш институт оставался без денег, наоборот, он имел их за счет грантов, которые получал в приличном количестве. Кстати, моя лаборатория одна из первых эти гранты получила. Помню, тогда мы занялись сугубо прикладной работой, но она резко отличалась от работы в фундаментальной науке. Пришли ко мне коллеги из института микробиологии и предложили заняться картофельным вирусом. Они не знали, как происходят в овощах биохимические процессы этого заболевания.

И мы с энтузиазмом взялись за дело. Позднее приехал из Израиля профессор Гад Лобенштейн. С его легкой руки мы около десяти лет изучали этот вирус на опытных делянках и полях с зараженным картофелем, устанавливали природу заболеваний вирусов, выявляли их и составляли тесты — системы антивирусов и диагностику, проводили отбор здоровых и устойчивых к вирусам семян. Но, несмотря на прекрасную организацию работы, хорошую зарплату за счет грантов, активную позицию Израиля и израильского профессора, задачу до конца мы не выполнили. Кто-то наверху, в министерстве, дал программе отбой. Куда мы только ни обращались, составляли бизнес-планы, однако без толку. Нам ясно дали понять: занимайтесь теоретическими разработками, коли работаете в институте с фундаментальными функциями. Тест-системы остались в институте, но мы так и не смогли их внедрить.

ЛИТЕР-Неделя: Есть ли будущее у БАВ.

Р.К.: Должно быть. Я уже в таком возрасте, когда пьют лекарства. Сталкиваюсь с большими проблемами, а нужных лекарств найти в аптеках не могу, их просто нет. Но мы можем эти лекарства получать. В Казахстане очень богатая дикорастущая флора, бери ее и собирай. Например, элементарное растение эфедра имеет многие достоинства при лечении бронхиальной астмы, аллергических заболеваниях, при травмах, кровопотерях, гипотонии. А нам траву запрещают заготавливать, говорят — наркотик. Зато эфедру собирают в Казахстане иностранцы и увозят за границу. Кто же даст нашим ученым такое разрешение, как не государство, отпускающее на развитие науки миллиарды тенге? Кстати, в прошлом году даже не был объявлен конкурс на фундаментальные исследования. Институт ныне будет заниматься только прикладной наукой. Причем работа начнется в тесном контакте с медицинским институтом. БАВ же безвредное вещество, у людей с ними проблем не будет.

ЛИТЕР-Неделя: Я попробовал БАВ на себе, втирал в ноги мазь, а точнее, что-то летучее, так как, если вещество быстро не втереть в кожу, оно исчезает, зато через неделю почувствовал, как боль отступает и невероятное облегчение. Через месяц после втирания я стал ходить по улицам заметно быстрее. Что вы там нашли в этих травах.

Р.К.: А то, что говорила раньше.

ЛИТЕР-Неделя: Вы довольны своей судьбой.

Р.К.: В принципе, своей судьбой и работой в институте я довольна. Что мною было задумано, то и сделано. Дочка моя, Дина Баймаханова, закончила юридический факультет в КазНУ им. аль-Фараби, там и осталась, теперь она доктор юридических наук, профессор, у нее двое детей — а у меня, значит, две внучки.

Беседовал Сергей ТОРОПКИН, Алматы.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.